Иван Голяков о создании школы психологии «Моя комната»

Иван Голяков - моя комната

Моя комната — это тот редкий тип школ, которые с первого же взгляда запоминаются, располагают к себе и выделяются на фоне остальных. Возможно, потому что ее основатели разбираются в маркетинге и дизайне, но возможно, потому что они нашли самый верный путь к сердцам учеников — просто быть собой. Делать понятно, доступно, не обременяться сложными словами, сервисами и попытками выглядеть идеально. Вместо этого делая коммуникацию максимально удобной, позитивной и человечной. Что, как ни парадоксально, явление довольно редкое.

Сегодня мы пообщаемся с предпринимателем, дизайнером и идейным вдохновителем школы — Ваней Голяковым. Обсудим вопросы образования эффективного и не очень, узнаем больше о создания школы и создании курсов, ну и никуда не денемся от психологии, философских рассуждений и полезных инсайтов.

Приятного прочтения.


Я познакомился с вашей школой увидев рекламу интенсива «От*%бись от себя». Это дерзко, провокационно и мгновенно вызвало интерес. Поэтому первый вопрос про позиционирование — как вас можно охарактеризовать?

Мы начинали с курсов, который делают жизнь понятнее, но боялись связи с психологией из-за убеждения, что для людей это наравне с вуду, какими-то запретными оккультными науками и может вызывать только отторжение. Мы всячески прятали это слово и не знали как себя позиционировать и называть, а в один момент просто психанули: «Короче, мы школа психологии, все!». Приближаясь все ближе к людям, интересующимся этой темой, мы поняли, что глубинная психология актуальна для очень маленького количества людей, но когда мы провели первый интенсив «Как перестать париться?», то попали в проблему большинства. Мы пообщались с нашими клиентами и выявили целый пласт житейских проблем, сталкиваясь с которыми, люди не знают куда идти, потому что друзья уже не понимают, а к психологу все еще страшно. «Моя Комната» – это что-то среднее между подругой, которой можно позвонить и выговориться прямо сейчас, и психологом, до которого многие не доходят. 

А дерзость и провокационность – это для некого хайпа, или вы действительно такие?

Мы действительно такие! Хоть мы и долго корчили из себя сильно умных и прятались за заборами из сложных слов – в жизни мы простые ребята. Плюс это язык, на котором люди понимают психологию: «У меня вот тут болит, и все эти термины мне на фиг не нужны. Лучше скажите где пластырь, чтобы приклеить на рану и все прошло». На интенсивах мы даем своего рода пластыри, но помимо этого еще задаем вопросы: а почему заболело изначально? 

Снимок экрана 2021-03-11 в 10.54.24 копия

Как вы выбираете темы для этих самых пластырей и для больших курсов — исходя из потребностей рынка или по каким-то внутренним ощущениям?

Мы пытались заходить с высоких тем, надеясь, что это для многих актуально, но когда запустили первый курс о связи сознания и тела «Mind&Body», даже наши маркетологи сказали: «Че? Не, ну я девушке дал прочитать описание, но она тоже ни хрена не поняла». Постепенно мы стали возвращаться к себе, анализировать, что в собственной жизни происходит, и тогда возникла идея интенсива «Как перестать париться?». Интервьюируя наших клиентов, мы составили что-то вроде карты классических проблем, с которыми сталкиваются жители стран СНГ, и классифицировали эти проблемы, чтобы охватить разными интенсивами.

Мы нашли для себя две большие ниши: короткие курсы и интенсивы задешево и длинные сопровождения компаний задорого, потому что у корпораций и компаний совсем другие ставки на кону, они понимают ценность продукта. Особенно большой спрос на тренинги по выведению команды из эмоционального выгорания: с переходом на удаленку никто не может вернуть свой work-life balance. У всех дома жопа: дети, семья, собаку надо выгулять, мусор вынести, а еще же работа! Мы не строим из себя супер экспертных и важных: вот мы пришли, сейчас будем вас учить, как надо жить. Нет! Люди устали от корпоративного языка, чужеродных конструкций и американских методичек, поэтому мы объясняем все простым языком и призываем услышать друг друга, понять, что болит у всех, в том числе и у нас. От одного только осознания, что ты не один в проблеме, становится легче.

А как пришли к нынешнему формату легких, коротких видео, которые скорее напоминают беседу, чем серьезное обучение? 

У онлайн курсов есть недостаток: часто они заканчиваются там, где начинаются. Человека хватает на 3-5 дней последовательных действий, а после возникает мысль: ну, посмотрю потом все вместе, но это потом никогда не наступает. Вторая большая проблема в том, что в странах СНГ мало желающих заниматься самообразованием, личностным ростом. 

Мы пытались продавать дорогие, сложные продукты, как, например, «Базовый курс по коммуникации»: плотный, с созвонами и коучингом, который стоит 150 долларов, что обусловлено большой включенностью преподавателя. Но это комитмент, на который готов пойти не каждый: курс рассчитан на человека, прошедшего определенный жизненный этап и понимающего, зачем ему soft skills и навыки коммуникации. А для большинства предельная цена – 300-500 грн, потому что люди не готовы тратить на себя больше 10 минут в день. И так куча всего: работа, семья, друзья, еще надо на YouTube зайти, посмотреть, что там нового, но точно не заниматься самокопанием. Мы выбрали для себя эту нишу – курсы и интенсивы на понятном языке за минимальную цену.

Ну и интенсивы – это не конечная точка, скорее часть воронки, способ заинтересовать человека в самом себе: только тогда он готов тратить на себя деньги. Задача интенсива – помочь решить конкретную боль, наклеить пластырь, но вопрос все равно останется открытым, ведь есть причина проблемы. Мы выводим человека на более глубокие вопросы и, соответственно, более сложные курсы. Первым таким у нас был курс «Базовая коммуникация», потому что многие не умеют правильно выражать свои потребности, общаться с людьми и в итоге либо взрываются, либо, наоборот, закрываются, недоговаривают и обижаются на весь мир, накапливая чувства вины и стыда.

Центр, вокруг которого вращаются все интенсивы – это большой курс «Кто Я?», который побуждает сразиться со своим прошлым, осознать себя и перейти в новую степень существования. Но к этому нужно быть готовым, а если нет – пойди и «От*%бись от себя»: начинай с того, что тебя тревожит. 

Иван Голяков - моя комната

Получается, вы в некой мере воспитываете своих клиентов, подготавливаете их к чему-то большему. Есть в этом образовательная, идейная функция?

Сейчас мы отходим от концепции образовательного проекта и делаем ребрендинг, который скоро представим. Мы больше не будем школой психологии, потому что, на самом деле, не проводим базовых курсов по психологии, не обучаем этому людей; называться школой коммуникации из-за одного курса на эту тему – тоже глупо. Поэтому мы решили стать местом исследования себя и других – это просто, понятно и без обещаний про открытие третьего глаза. Никакой назидательной или преподавательской деятельности – у нас просто есть инструментарий, которым мы делимся. Хочешь, чтоб не болело – есть пластыри, хочешь исследовать – группы и новые курсы, ничего не хочешь – твой выбор. 

И этот подход разделяют наши клиенты. Потому что прогрессивные люди, которые закрыли базовые потребности, располагают деньгами и готовы их тратить на решение более сложных вопросов. Наши потребности строятся по пирамиде Маслоу, и если человек сосредоточен на том, чтобы обеспечить себе еду и сон, то о личностном росте он думать не будет. Этот запрос возникает на этапе социализации: не нравится работа, босс мешает жить, нет друзей, и он актуален для достаточно обширного класса. 

Вопрос «Кто Я?» – это вершина самореализации, суть всего. Мне кажется, кризис среднего возраста стучит уже не в 40, а в 30: мы раньше начинаем работать, раньше взрослеем, и это приводит к определенным последствиям, относиться к которым нужно со всей серьезностью.

Расскажи, как работает механизм создания курса от появления идеи, до продажи клиенту?

В каждом интенсиве возникает ряд вопросов, на которые мы впоследствии ориентируемся. Когда мы находим кластеры боли, которые звенят и горят, когда видим, что проблема актуальна, мы собираемся и решаем, стоит ли нам браться за эту тему, если да – продумываем формат. Дальше Яся создает цепочку из упражнений и практик, Аня помогает структурировать информацию. После делаем бриф, текстовку, Аня создает лендинг, другая Аня – кастомные иллюстрации, и, собственно, записываем лекции. Мы делаем их в формате интервью: это интереснее, чем просто talking head видео.

Процесс, конечно же, очень увлекает! Скоро мы начнем активно вести YouTube: хотим нести психологию в массы на понятном языке. Мы делаем то, что нам нравится и не боимся говорить, как хотим. Поэтому есть азарт и драйв.

PSX_20200822_144504

В каком составе вы запустили проект, и кто в команде сейчас?

Начинали мы с совместной фултаймовой работы: Яся стала креативным директором, Олинга взяла на себя всю операционку, а я – роль инвестора и идейного вдохновителя, так сказать. Мы сразу стали искать место, так как   считали, что пространство, которое позволит людям открываться, проживать травмы и получать любовь и поддержку – это ключевой момент. У нас была идеальная команда для создания офлайн-пространства: мои родители делают мебель, сестра работает дизайнером интерьера, а брат – прораб. Иронично, что у меня не было отдельной комнаты в детстве, зато вся семья создавала проект «Моя Комната». 

К августу, к запуску, мы собрали ребят, и сейчас в нашей команде восемь человек, из которых четыре – Ани. Яся психолог, групаналитик, сейчас учится на психоанализе, у Олинги нет психологического бэкграунда, но есть большой опыт в организации ивентов, она отлично справляется со всей операционной деятельностью. Виталик отвечает за визуальное и аудиальное повествования: он и музыкант, и звукорежиссер, и оператор. Сформулировать кто мы и что мы нам помогла Юля Солошенко, которая в дальнейшем писала для нас тексты. За процесс вытаскивания информации из головы преподавателя, структурирования и подачи ее в правильном формате отвечает Аня – менеджер по работе с авторами, еще одна Аня занимается онлайн поддержкой, коммуникацией с клиентами. Чуть позже присоединились Аня иллюстратор, и Аня, которая заменила меня в работе над сайтом. В ближайшее время подготовим экскурс о наших сотрудниках, потому что все они просто фантастические!

Как ты пришел в сферу психологии и саморазвития, а потом и в сферу обучения этому?  

Я с 14 лет занимался digital-дизайном, еще в школе сделал первый сайт, а в 20 создал первый стартап. Он прогорел, а я впал в депрессию и ушел в найм: сначала работал в креативном агентстве Arriba, потом перешел в GlobalLogic. Я хотел стать серьезным дизайнером и задумался над переездом в Европу или Америку, мне посоветовали Hyper Island – шведский университет, в котором можно получить степень Masters of Arts. Я поехал на полугодовой курс в Манчестерский филиал становиться дизайнером, а вышел оттуда фасилитатором и сказал, что больше никогда в дизайн не вернусь. Мы изучали бизнес-процессы, цифровую трансформацию, дизайн-мышление, но, самое главное, нас жестко накачивали психологией, групповой рефлексией, фидбек-сессиями. Под эгидой дизайна нас трансформировали: учили слушать других людей и быть эмпатичными. 

Я-то обычный Ваня с Харькова с эмоциональным диапазоном – либо страшно, либо весело. Ну, еще норм: 90% времени мне норм. Есть афигенная метафора: наши эмоции – это одна октава на фортепиано – то, чем мы пользуемся, что выжило. Можно играть базовые мелодии в пределах этой октавы, но суть жизни в том, чтобы задействовать весь инструмент. А еще и в четыре руки играть можно! Я приехал в Hyper Island с эмоциональным диапазоном в две-три ноты, а уехал как минимум с несколькими октавами. 

Дипломную работу я писал на тему «From culture of fear to culture of trust». У меня было желание произвести революцию, потому что в Украине не было такой командной работы и открытости, не проводились групповые рефлексии, и никто даже не слышал о фидбек-сессиях. Я провел 15 воркшопов по всей стране, запустил несколько команд дизайн-мышления в рамках исследовательской работы на эту тему. 

Иван Голяков - моя комната

Через какое-то время в Манчестере я познакомился с Ясей, которая уже на тот момент была психологом и работала в местной школе. Она меня консультировала, мы много общались, потому что я тогда сильно выгорел и впал в депрессию: 85 страниц исследовательской работы на академическом английском очень вытягивают силы. По итогу я пошел к психологу, а до этого я занимался фасилитацией, но в терапии не был. 

Когда жизнь в очередной раз рухнула, и я оказался у разбитого корыта, мы с моей девушкой Олингой встретились с Ясей и беседовали всю ночь. Меня тошнило от разговоров в духе: «Ой, а какой ты сериал смотришь? А я вот этот. А на какой ты серии?», мне хотелось глубокого общения, которого нет в кухонной психологии. И мы его создали для себя: рассказывали разные истории, попадали на травмы, плакали. Несколько месяцев мы вот так втроем встречались, постепенно стали подключаться друзья, и нас стало около 10 человек. А в один момент, в 4 утра, мне пришла идея создать «Мою Комнату».  

Напоследок порекомендуй несколько книг которые помогают тебе в познании внутреннего и внешнего мира

Поскольку я учусь на юнгианском психоанализе, мой ответ будет: читайте архетипические мифы и Юнга, начиная с его «Очерков по психологии бессознательного» и заканчивая «Красной книгой», потому что только через глубинные познания мифологии и коллективного бессознательного можно хотя бы сориентироваться, где ты на карте этой Вселенной. Также укротить ум и услышать свои мысли, осознать, когда они заводят в тупик и не дают из него выйти помогают медитации.

Я сейчас читаю «Мантикору» Робертсона Дэвиса – роман о пациенте юнгианского психоаналитика, из мужской психологии рекомендую «Под тенью Сатурна» Джеймса Холлиса – эти книги написаны психоаналитиками, но рассчитаны на широкую аудиторию. Мне близки взгляды Карла Роджерса и клиент-центрированная психотерапия – это то, что я разделяю в плане ценностей. Из нового могу посоветовать диснеевский мультфильм «Душа» о предназначении и смысле нашего пребывания на земле. 

Иван Голяков в Instagram — @ivanholiakov
Моя комната в Instagram — @myroom.safespace 


Беседу вел: Алексей Игров