Диалоги с психологом Максимом Стефаненко

Диалоги с психологом: Стефаненко Максим ч.1

«Можно сказать, что кабинет психолога — это место, где ум пациента встречается с его чувствами. Или наоборот. И в этом симбиозе можно родить нечто третье — осознанность»

Этой статьей мы открываем цикл диалогов с психологом. Потому что это интересно, и это полезно. А еще довольно необычно, и однозначно необходимо каждому. В процессе бесед с Максимом Стефаненко мы постараемся больше узнать об этой профессии, и ее важности, о себе, и о мире, в котором живем. Мы развеем мифы и станем немного лучше. А главное — постараемся найти ответы на волнующие вопросы.
Приятного чтения.


Давайте начнем с начала. Расскажите, как родилась идея стать психологом, и где вы обучались?

Идея родилась очень просто. У меня были проблемы, которые я хотел решить, и вопросы, на которые я хотел найти ответы. Поэтому я пошел изучать психологию. Сначала в институт Шевченко, по специальности психология, после этого обучался во Львове, на программе когнитивной-поведенческой психотерапии, после этого уже пошел в аналитическую психологию, посещал лекции, семинары, перечитал сотни книг, и сейчас провожу частную практику, работаю с клиентами.

Как вы можете охарактеризовать уровень психологического образования в нашей стране?

К сожалению, довольно плохо. Если мы говорим именно про академическое образование — это ни о чем. Я не представляю, что можно делать психологу после университета в практическом плане. Если говорить о коммерческих проектах — да, тут безусловно есть хорошие организации, которые рассказывают о реальном опыте и прикладных вещах.

Но если выделить самый полезный способ обучения — это личный опыт психотерапии. Именно как клиента, который будучи психологом, сам ходит к другому психологу. Это дает огромное понимание, поэтому я и сам посещаю психолога уже более 5 лет.

С какими проблемами чаще обращаются мужчины, а с какими женщины?

Я не могу выделить отдельно мужские и отдельно женские. Безусловно, есть некая гендерность, но основное, с чем приходят люди — это ощущение, что что то не так. В основном проблемы уходят корнями к вопросу самоидентификации, понимания себя, хотя часто этот запрос маскируется под чем то другим. У кого то проблемы в отношениях, проблемы с родителями, на работе, нереализованность, я что то делаю, но мне это не в кайф, или я не знаю, чего хочу. И приходя на прием человек несет какой то симптом, и, как правило думает, что симптом это и есть болезнь, но это не так. Углубляясь — мы доходим до основополагающих вопросов: о смысле жизни, о роли себя в этой жизни, о вкладе, который человек хотел бы привнести.

В целом все люди ведут себя совершенно по-разному, но я однозначно замечаю, что мужчины даже более чувственны, по-крайнем мере в кабинете у психолога. Потому что под этой социальной ролью, которую они хотят на себя нацепить — брутальности, грубости, непоколебимости — за этим скрываются чувственные души. И у них бывает потребность в такого рода самовыражении, или в ситуации, в которой они могут безопасно проявить свою слабость, так как не могут делать этого в социуме.

У женщин все чаще встречается обратная проблема — они примеряют мужские роли и не могут найти путь к своей женственности.

Расскажите, как обычно проходит прием

Это очень комплексное занятие. Можно сказать, что кабинет психолога — это место, где ум пациента встречается с его чувствами. Или наоборот. И в этом симбиозе можно родить нечто третье — осознанность.

Говоря о методе — это диалог. Или монолог, когда у человека есть возможность высказаться, и услышать себя со стороны. Человек приходит в мой кабинет, садится на кресло, и я предлагаю ему рассказать что нибудь, что он сам хотел бы. Он рассказывает о волнующих вещах, и мы начинаем с этим работать. Можно сказать, что это просто отрезок жизни, в который пациент заново может пережить свой личный опыт и потом увидеть его со стороны.

Таким образом, должен ли психолог быть интеллектуалом?

Не знаю насчет интеллектуала, но психолог обязан уметь чувствовать. Конечно, интеллект будет преимуществом, но у меня больше требования к чувственной сфере, нежели к когнитивной. Потому что если взять как пример работу с наркозависимыми — там, в основном, работают наркозависимые, бывшие наркоманы. И там интеллектуальность не особо нужна. Там важно понимание, что чувствует человек, сидящий напротив тебя, какая у него боль, и какие есть способы работы с ней.

То есть, если у тебя есть какая то проблема — то лучше искать психолога, у которого тоже была такая же проблема?

А вы только такого и найдете. Это чистая магия, но когда вы выбираете себе психолога — вы тянетесь именно к такому же. Я даже не смогу ответить более вразумительно, но просто так и есть.

Считаете ли вы, что каждый человек должен ходить к психологу?

Знаете, на ваш вопрос можно ответить утвердительно, да, психолог нужен каждому. Другое дело, что часто эту роль исполняют люди в нашей повседневной жизни — тренер в зале, начальник, или друг. Кто то обращается к религии, книгам и духовным наставникам, кто то замыкается в себе и говорит сам с собой. Это все об одном и том же, на самом деле.

31641942_2048880428702025_6198622068603355136_n

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

А может ли общение с другом в какой то мере заменять диалог с психологом

Не думаю. Мы такие интересные существа, что руководствуясь своими психологическими механизмами — защищаемся, а не трансформируемся. Поэтому люди, которые находятся в нашем окружении — они служат нашим щитом от проблем, а не способом их решения.

Кроме того, практически каждый из них находится в своих личных иллюзорных представлениях о мире. И если вы будете руководствоваться его словами — вы будете перенимать его иллюзии. А это может быть опасно. Не зря ведь существуют психологи. Они могут десятилетиями решать какую нибудь проблему, перечитать об этом всю литературу, множество раз обсудить с коллегами, и сотни раз решить эту проблему для множества людей. И только в таком случае можно сказать, что решение, которое вы получите — будет правильным решением для конкретного пациента, в его собственном понимании.

Можно ли сказать, что ваша работа — это умение задавать правильные вопросы?

Да. Но вы знаете, умение задать правильный вопрос — это умение объективно видеть и слышать саму суть происходящего. Нужно очень глубоко понимать проблему и ее причины, чтобы понять, какими вопросами можно помочь пациенту увидеть ее самому. Без этого задать правильный вопрос просто нельзя. Вы видите суть, называете ее, и ставите в конце знак вопроса. Человек берет этот вопрос, и начинает сам продвигаться к ответу на него. Потому что я не могу давать вам ответ, который вы действительно примете, я могу помочь вам самим осознать его, и только тогда это понимание будет иметь силу.

А человек сам себе не может задать правильный вопрос?

Нет, что вы. Вот недавно ко мне пришел клиент, который сразу сказал, что четко знает свою проблему. Он рассказал о ней, разложил все по полочкам, мол смотри, я сам все понимаю. И тогда я задал только один вопрос — а что послужило фундаментом для этой проблемы, почему она возникла? И он потерялся. Он напридумывал себе какую то поверхностную концепцию, совершенно не понимая, что настоящую проблему стоит искать глубоко внутри, и она может быть совершенно не явной.

То есть в обычной жизни, не посещая профессионалов, мы скорее накладываем заплатки, нежели действительно решаем проблемы? 

Совершенно верно. Мы ведь тянемся к таким людям не для того, чтобы решить проблему, а чтобы не чувствовать боли, трудностей, и просто успокоить себя. Мой личный пример — я долгое время занимался пауэрлифтингом, хотя на самом деле не понимал, зачем мне это нужно.. И постепенно понял, что просто примерял роль отца, которого в моей жизни не было, на своего тренера. Я в неком роде закрывал эту потребность и чувствовал внутренний комфорт. Но да, проблема не решалась, я просто накладывал заплатку, и от этого мне было спокойнее.

И вот важный вопрос. А почему люди не решают свои настоящие проблемы? Почему мы знаем, что нужно сделать что то, но не делаем этого, пока проблема не станет критичной?

Потому что это страшно. Одна мысль о том, чтобы столкнуться с дискомфортом, болью, трудностями, неопределенностью — это может вогнать нас в панику. Мозг не хочет этого. Чтобы реально решать проблемы нужно иметь огромную силу воли и желание. Но у подавляющего большинства людей это происходит только когда заставят какие нибудь жизненные обстоятельства.

А наши страхи — это точки для роста?

Именно. Это как бояться змей, и пытаться пойти в серпентарий. Но на самом деле наш страх, допустим тех же змей, может быть проекцией чего то другого. Змеи — это то, что на поверхности сознания, но если начать задавать себе вопросы — почему я этого боюсь, то можно выйти к реальным и глубоким вопросам, вроде неуверенности в себе, страха быть слабым и так далее.

По ходу нашего диалога у меня складывается впечатление, что человек вообще мало понимает себя, наши мысли не особо наши, а наши взгляды на мир весьма далеки от реальности.

Представьте себе плод, находящийся в утробе матери. Он уже жив, и у него уже есть представление о мире. И для него весь мир — это утроба матери. Но ведь это не верно. Его мать живет в совершенно ином мире, и для нее мир другой. Для ее мужа — так же совершенно иной. Нельзя сказать, что они правы, или не правы, или это какой то обман. Это реальность, но эта реальность создана каждым конкретным мозгом.

За это отвечает отдельный участок — префронтальная кора, и если бы ее не было — да, мы могли бы воспринимать мир буквально и объективно, как это делают животные. Но это не так. Да, мы живем в различных иллюзиях, и часто не знаем даже самих себя, придумывая какие то оправдания своим действиям. Но именно возможность додумывать смыслы, придумыать то, чего нет на самом деле — сделала людей теми, кто мы есть.

Обратная сторона этого в том, что мы находимся в постоянном страхе. При чем страхе несуществующих вещей. Вот, допустим, страх плохо выступить на публике — это сильнейший страх. Но ведь это абсурд, это выдумка, плохое выступление никак реально не угрожает нашей жизни. Это не то же самое, что заяц видит волка, и боится его. Но для нашего мозга иллюзии, которые мы придумали — это и есть реальность. И все мы живем в этих иллюзиях.


Психолог Стефаненко Максим
Беседу вел: Алексей Игров